Тайны Брестской крепости: алмазы вместо динамита

18 февраля 2018 13:29
1457.jpeg

Брест-Литовская крепость Российской империи вступила в строй действующих крепостей первого класса 26 апреля 1842 года. Началась героическая история, сопровождаемая дальнейшим укреплением и модернизацией, сделавшими мощнейшее оборонительное сооружение одним из лучших в мире.

О способности крепости к обороне полякам и красноармейца­м было известно практически всё. Следовательно, это не было секретом и для других. Почему же впоследствии солдаты вермахта получили приказ быстро выжечь из бастионов поляков, которыми командовал бывший русский офицер Константин Плисовский?

Взрыв алмазов

В удерживаемой полковником Плисовским крепости, хранились дубовые бочки, как значилось в бумагах арсенала, динамитом цитадели. Но когда их вскрыли, намереваясь использовать взрывчатку, то увидели изумительной красоты кристаллы.

Константин Плисовский, в юности увлекавшийся коллекцио­нированием минералов, сразу определил, что большая часть камней - редкая разновидность горного хрусталя, а примерно треть - необработанные алмазы.

Стала понятна причина прыти немецкого командования, бросающего на пулемёты массы солдат, и сделавших всё, чтобы не дать возможности защитникам отойти, а стремящихся запереть в крепости. Опытный офицер, участник Первой мировой войны, Константин Плисовский всё-таки ускользнул со своими бойцами из западни под носом у немцев.

Но из-за недостатка времени и физических возможностей он при всём желании не смог вывезти бочки с сокровищами. Однако же и немцам не достались ценности, что подтверждается архивными материалами. Так, куда же подевались бочки с драгоценностями?

Миссия комбрига

Командир бригады Семён Моисеевич Кривошеин (впоследствии военачальник Ве­ликой Отечественной войны, Герой Советского Союза), 22 сентября 1939 года вместе с немецким генералом Гейнцем Гудерианом принимал парад в Брестской крепости.

Его роль в поисках бочек с хрусталём-алмазами после того, как в цитаде­ли обосновались советские войска, если верить послевоенной западным источникам, была определяющей. Христи­ан Величко, завербованный в Белоруссии агентами абвера в 1937 году, после разоблачения и раскаяния помо­гавший искать сокровища, через много лет вспоминал, что под надзором сотруд­ников НКВД был в группе следопы­тов Кривошеина.

Его определили туда, потому что в 1940 году оказался на хозяйственных работах в Брестской крепости. В минуты затишья между боями он помогал бойцам Константина Плисовского сталкивать в затон Буга очень тяжёлые и крепкие дубовые бочки. Поляки говорили, что в бочках взрывчатка, от которой надо избавиться, что-бы она не досталась противнику.

Величко не поверил, потому что в бочках было что-то шуршащее наподобие камушков. Такие звуки не характерны для динамита, пороха и любой другой взрывчатки. Комбриг Кривошеин прямо сказал своим поисковиками, что в бочках «величайшей пробы ценности, которые необходимо найти и вернуть государству».

Христиану особенно запомнилось, что эту нелёгкую задачу Кривошеин называл миссией. Но выполнить её не успели. Началась самая масштабная и ожесточённая за всю историю война.

Немцы вели ужасающие бомбардировки и подрывные работы, стремясь покорить героическую крепость. Большая часть рукотворных подземелий была уничтожена. Тем не менее, Христиан Величко, оказавшийся после рас­пада СССР в Ган­новере, не сомневался, что утраченное можно вер­нуть. По его мнению, бочки в затоне, «покоят­ся почти на виду, но очень глубоко в одной из пустот, что сберегло их от бомб».

Просьба сидельца

Конс­тантин Плисовский оказался затем в Старобельском лагере в Луганской области, предпочтя советский плен фашистскому, где ждала неминуемая гибель.

Про­токолы допросов Константина Плисовского косвенно подтверж­дают, что он согласился на ограниченное сотрудничество, чтобы вернуть Польше, при­надлежавшее ей достояние.

Начальник Старобельского ла­геря, майор Пётр Супруненко утвержда­ет, что это - «драгоценные и полудрагоценные, в больших количествах, камни». Супруненко настаивал, что Плисовский со­глашался в присутствии польских представителей указать место, где лежат сокровища, но такой ва­риант был отклонён как непри­емлемый.

Но не повезло ли немцам, ненадолго оккупировавшим цитадель? Ответ - твердо отрицательный. В докладной записке Гитлеру перед тем, как наши войска выгнали немцев, Гейнц Гудериан писал: «Даже следов того, что необходимо было отыскать, мы не обнаружили. Надежда вернуть утраченное будет тогда, когда кре­пость станет нашей». Больше никогда крепость не стала немецкой.

Достояние империи

Вопрос оста­нется актуальным, сколько бы вре­мени ни прошло. Ведь ценности, не поддаваясь тлению, в денеж­ном эквиваленте колоссальны. Они принадлежат России, потому что горный хрусталь ещё в начале минувшего века был добыт в Белорецком районе Башкирии, а алмазы добыты в Якутии. Это подтвержде­но документально.

Ис­торический аспект немало­важен, но он останется в тени до тех пор, пока не отыщутся сокровища. Некоторые источники уверяют, что в Брестской крепости и её окрестностях под надёжной государственной защи­той клад совместно ищут русские и белорусы. Это действитель­но похоже на реальное поло­жение вещей.

Еще по теме:

"Брестская крепость": школа мужества

Эксперт: Брестская крепость для Белоруссии, как Стена Плача для евреев

CNN не смогла взять Брестскую крепость

Лики войны: Страж Цитадели


Семен Панин
Популярное